Сегодня на полях этот мощный потенциал продолжает обновляться за счет науки и технологий, цифровой трансформации и движения к «зеленому» сельскому хозяйству, высокотехнологичному агропроизводству в новой эпохе развития.

Жизнестойкость на полях

В последний день года на поле общины Донгхынг (провинция Хунгйен), пожилой крестьянин Нгуен Ван Ма, опершись на черенок мотыги, смотрит на рисовое поле, где уже установлена табличка зоны выращивания и нанесен код прослеживаемости продукции. Вдали наготове стоит зерноуборочный комбайн, а дрон только что приземлился после облета для проверки наличия вредителей и болезней растений.

«Раньше, на этих бескрайних полях риса все равно не хватало на пропитание. А теперь, выращивая рис, у нас спрашивают – по какому технологическому процессу, какой уровень выбросов», – смеется он, неторопливо добавляя: «Такой крестьянин, как я, и подумать не мог, что рисовое зерно когда-нибудь сможет уйти так далеко».

До 1986 года сельское хозяйство Вьетнама функционировало в условиях централизованной, бюрократической, дотационной модели. Ключевую роль играли кооперативы, однако жесткий механизм управления лишал трудящихся стимулов к работе. Земля была общей, продукция распределялась по трудодням, крестьяне не имели права самостоятельно решать вопросы выбора сортов, сроков сева или рынков сбыта. Ходившая тогда поговорка «общее – значит ничье» точно отражала реальность застоя производства и низкой производительности труда.

Крестьянин Ма вспомнил конец 1970-х – начало 1980-х годов: вся деревня выходила в поле вместе и возвращалась вместе, а после жатвы зерна все равно не хватало. Были годы добавление в рис батата, маниоки становилось повседневной нормой. В то время уровень бедности по стране составил почти 70 %, и Вьетнам ежегодно был вынужден импортировать миллионы тонн продовольствия для предотвращения голода. Сельское хозяйство, являвшееся основным источником средств к существованию для большинства населения, превратилось в самое узкое место национальной экономики.

Переломный момент начался с экспериментальных форм так называемого «скрытого подряда» на местах, затем последовала Директива № 100 в 1981 году, а кульминацией стала Резолюция № 10, принятая в 1988 году. Впервые крестьянское хозяйство было признано самостоятельной экономической единицей, получившей право долгосрочного землепользования и право самостоятельно принимать решения в производстве. Для г-на Ма это стало поворотным моментом в жизни: «Земля перешла в наши руки – сколько сделал, столько и получил. Именно тогда появилось убеждение, что у сельского хозяйства есть будущее».

Производительные силы были высвобождены почти мгновенно. Уже спустя всего один год после реализации «Подряда 10» Вьетнам из страны, испытывавшей нехватку продовольствия, превратился в экспортера риса, что было историческим переломом. С этого момента сельское хозяйство стало основой обеспечения продовольственной безопасности и социальной стабильности на протяжении всего процесса дела обновления страны.

Прочная «опора» и статус аграрной державы

В течение последних 40 лет сельское хозяйство Вьетнама демонстрировало устойчивый рост и высокую способность противостоять внешним потрясениям. В среднем за период 2011-2022 гг. аграрный ВВП увеличивался примерно на 2,84 % в год – показатель не столь высокий по сравнению с промышленностью, но достаточный для сохранения роли «опоры» каждый раз, когда экономика сталкивалась с турбулентностью.

Во время финансовых кризисов, экономических спадов или пандемий, когда многие отрасли замедлялись, поля продолжали входить в посевные и уборочные сезоны, животноводческие хозяйства не прекращали работу, а поставки продовольствия не прерывались. Сельское хозяйство не только обеспечивает продовольствием более 100 миллионов человек, но и поддерживает социальную стабильность, создает источники средств к существованию для большинства сельского населения, а также служит ресурсной базой для перерабатывающей промышленности и экспорта.

Цифры наглядно подтверждают эту жизнеспособность. Если в 1986 году экспорт сельскохозяйственной продукции составил лишь 486 млн долларов США, то в 2000 году он достиг 4,2 млрд долларов США, а в 2023 году – 53 млрд долларов, увеличившись почти в 110 раз за неполные четыре десятилетия. В 2024 году экспорт продукции сельского, лесного и водного хозяйства установил рекорд в 62,5 млрд долларов США, показав самый высокий темп роста за более 20 лет. В 2025 году, несмотря на значительные колебания мировой экономики, объем экспорта этой продукции превысил 70 млрд долларов США, продолжив выполнять роль опоры торгового баланса.

Наряду с экономическим ростом происходили и глубокие социальные изменения. Благодаря устойчивому развитию сельского хозяйства доля домохозяйств, относящихся к многомерной бедности, по стране сократилась с 9,15% в 2016 году до 3,37% в 2023 году; в сельских районах местности – с 11,83% до 4,77%. Рис не только обеспечивает продовольствием население страны, но и вносит вклад в поддержание глобальной продовольственной безопасности.

Фермер нового типа и тенденция экологизации и цифровизации

Бывший Министр сельского хозяйства и развития деревни Нгуен Суан Кыонг подтвердил, что подход, в центре внимания которого находятся сельское хозяйство – фермеры – сельские районы, неизменно занимает стратегическое место в курсе Партии. От подряда 10, высвободившего производительные силы, через Резолюцию 7-го пленума ЦК КПВ X созыва до недавней Резолюции 5-го пленума ЦК КПВ XIII созыва модернизация сельского хозяйства и сельских районов последовательно определяется как первоочередная ключевая задача в процессе индустриализации страны. От раздробленных мелких наделов сельское хозяйство Вьетнама перешло к этапу организации цепочек добавленной стоимости, повышения качества и формирования бренда.

Рис больше не является просто дешевым белым зерном, а становится ароматным, специализированным продуктом; фрукты продаются не только в свежем виде, но сопровождаются кодами зон выращивания, экологическими стандартами и требованиями социальной ответственности.

По словам Генерального секретаря Ассоциации производителей овощей и фруктов Вьетнама Данг Фук Нгуена, это второй этап трансформации вьетнамского сельского хозяйства. Первый этап – обеспечение объемов производства. Следующий этап – позиционирование вьетнамской продукции на карте качества. Если раньше было достаточно просто продать товар, то теперь речь идет о цепочках поставок, прослеживаемости происхождения и экспортных контрактах.

Эти изменения начинаются прямо на полях и в садах – там, где фермер вынужден меняться, если не хочет остаться позади. Г-н Ма хорошо помнит время, когда выращивание риса велось по принципу «каждый сам за себя». У каждого хозяйства было по несколько соток земли, сорта различались от участка к участку; в урожайные годы цены падали, а в неурожайные – крестьяне оставались ни с чем.

Однако за последнее десятилетие во многих районах земли перестали быть мелкораздробленными и разрозненными. Поля были укрупнены и консолидированы, унифицированы сорта, агротехнические календари и производственные процессы. Предприятия приходят прямо в общины и заключают договоры гарантированного сбыта. Рис оценивается не только по весу, но и по уровню влажности, остаточным веществам и зоне выращивания.

По словам бывшего Заместителя министра сельского хозяйства и развития деревни Буй Ба Бонга, именно качество, технологии и новые сорта стали движущей силой этого преобразования. Это ключевой импульс, позволивший вьетнамскому рисоводству войти в новую эпоху – с более низкими выбросами, более высокой добавленной стоимостью и формированием глобальных цепочек создания стоимости.

Практика показывает, что в регионах, где рис выращивается по «зеленым» технологическим процессам, его цена выше рыночной на 500-700 донгов за килограмм, предприятия обеспечивают стабильный выкуп, а продукция получает доступ к требовательным рынкам, таким как Япония и ЕС.

Премьер-министр Фам Минь Тьинь много раз подчеркивал, что сельское хозяйство, фермеры и сельские районы, это опора экономики, а также яркая точка страны в условиях значительных колебаний мировой экономики. Вместе с тем Премьер-министр отметил, что в новую эпоху сельское хозяйство должно совершить более мощный прорыв, опираясь на науку и технологии, инновации и цифровую трансформацию, чтобы быть не только устойчивым, но и способным к прорыву вместе со всей экономикой.

В ответ на эти ожидания дух цифровой революции уже начинает доходить непосредственно до людей, работающих на полях. Посреди рисовых полей в провинции Донгтхап г-н Нгуен Ван Ты больше не выходит в поле только с соломенной шляпой и мотыгой, как раньше. В кармане у него – смартфон, ставший «неотъемлемым атрибутом» крестьянина технологической эпохи. На небольшом экране он отслеживает график обработки посевов с помощью дронов, почасовые прогнозы погоды, а также информацию о партиях риса кооператива, готовых к экспорту.

Он сказал: «Сегодня заниматься сельским хозяйством, не разбираясь в технологиях и не понимая рынок, – значит проиграть. Нужно учитывать не только погоду и землю, но и правила игры всего мира».

Технологическая революция все отчетливее проявляется на полях. Дроны для распыления средств защиты растений стали привычным явлением в Донгтхапе и Анзянге, позволяя сократить до 90% расход воды и на 30% – средств защиты растений, решая проблему нехватки рабочей силы и защищая здоровье крестьян. Искусственный интеллект начинает применяться для мониторинга вредителей и болезней, оптимизации орошения, продвигая сельское хозяйство к модели точного земледелия. Высокотехнологичное сельское хозяйство открывает и новое «пространство» – рынок углеродных кредитов.

По оценкам, Вьетнам способен ежегодно создавать около 57 млн углеродных кредитов в сельском хозяйстве. Проект развития 1 млн гектаров риса высокого качества с низким уровнем выбросов в дельте реки Меконг помогает крестьянам одновременно снижать затраты, увеличивать прибыль и участвовать в глобальном углеродном рынке. Это было то, что еще несколько лет назад казалось недостижимым для производителей риса.